Наверх

Юнга Соловецкой школы

Соловецкие юнги, наши мальчики русские,

Ваши плечи, по-детски худые и узкие,

Заслонили просторы родной вам России.

Будьте ж вечно героями!

Будьте ж вечно живыми!

(Л. Вахромеев)

 

«Мальчики с бантиками»

О своем детстве, которого фактически не было, Виктор Иосифович Островский, ветеран Северо-Кавказского филиала АО «Связьтранснефть», вспоминает скупо. Семью раскулачили, когда ему было всего три года, младшему брату полтора, родителей отправили в тюрьму, а малыши остались у родственников на Украине.  Он не знает, какова судьба брата, поскольку родственники бросили маленького Витю, и его несколько лет воспитывала совсем чужая женщина. На Украине мальчик отучился в первом классе, а потом его забрали родители, которых определили на поселение под Пермью. Но в 1937 отца снова арестовали и, как, потом выяснилось, расстреляли. Вскоре забрали и маму, поэтому судьба малолетнего мальчишки была определена одним росчерком – детский дом. С детьми «врагов народа» не церемонились, мальчишки работали не меньше взрослых: заготавливали дрова на зиму, косили сено, выполняли всю работу, связанную с жизнедеятельностью детдома.

Когда началась война, 14-летний паренек с утра до вечера работал в лесу на заготовке дров, выполняя тяжелую мужскую работу. Скидок на возраст не делали. Такое было время, дети рано взрослели, работали в поле, становились к заводскому станку, наравне со взрослыми выполняя сменную норму.

25 мая 1942 года народный комиссар Военно-морского флота адмирал Н.Г. Кузнецов подписал приказ о создании школы юнг на Соловецких островах на Белом море. Витя вместе с другими детдомовцами пошел в райвоенкомат и записался в школу добровольцем. Но в первый набор Островский не попал, а в 1943 ему повезло, правда, приписал мальчишка себе один год, чтобы вступить в комсомол. С комсомольским билетом легче было попасть в школу юнг. Радовался, что его зачислили, потому что другим пацанам повезло меньше. В сорок третьем уже был жесткий отбор желающих. В школе готовили боцманов, рулевых, радистов, артиллерийских и торпедных электриков, мотористов, морских саперов… Моряки-фронтовики говорят, что после бешеных  сухопутных атак уже на втором году войны флот стал испытывать острую нехватку на море в хорошо обученных специалистах. Павших могли заменить юнги.

Бывший юнга Северного флота Валентин Пикуль в книге «Мальчики с бантиками» пишет об этом периоде так: «Большой войсковой транспорт – неласково-серый, как будто его обсыпали золой. Это было госпитальное судно «Волхов», ходившее под флагом вспомогательной службы флота. Началась погрузка юнг по высоким трапам. Сначала на палубы, потом в низы корабля. Под самую полночь транспорт отвалил от топкого берега, не спеша, разворачиваясь на фарватер. А когда дельта Двины кончилась, и на горизонте просветлело жемчужным маревом, откуда-то из-за песчаного мыска вдруг вырвались два «морских охотника» и, расчехлив пушки, законвоировали госпитальное судно. Утром корабль высадил юнг на Соловках».

Бантики отдельная история школы юнг. Пацаны, как настоящие моряки ходили в бескозырках,  но вместо ленточек сбоку крепился бантик. Для будущих моряков это было оскорбительно, каждый из мальчишек считал себя, по меньшей мере, «морским волком». Представьте, как можно появиться на «большой земле»  с бантиком на бескозырке?! А ленты ребята получали только после школы, когда попадали на боевой корабль.

- Мы знали, что на Соловках был лагерь, - вспоминает Виктор Иосифович, - это ни для кого не было секретом. Учебные классы располагались в бывших камерах СЛОНа (Соловецкого лагеря особого назначения). Решетки, глазки для надзирателей, лагерные надписи, карцер за провинности… Дисциплина была жесткая, военная, подъем в шесть утра, отбой в 22.00. Сказали, кто плохо будет учиться, того ждет незавидная судьба, флот в балласте не нуждается. Словом, у нас были не уроки, а боевая подготовка, не экзамен, а бой, который надо выиграть. Вот мы и воевали за знания по 10-12 часов. Изучали морское дело, будущую специальность корабельного радиста. И надо сказать, радист из меня получился стоящий, дело свое я, действительно, знал хорошо.

Служба на «Бодром» и «Летучем»

В 1944 году Островского определили в Севастополь на эскадренный миноносец «Бодрый». К тому времени эсминец имел богатый военный опыт: в 1941 году активно участвовал в обороне Одессы, доставлял в осажденный Севастополь боеприпасы, осуществлял эвакуацию гарнизона из Одессы… В 1941 его здорово потрепала немецкая авиация в районе Евпатории, а в 1942-м, когда эсминец находился на ремонте в Поти, немецкие бомбардировщики практически уничтожили боевой корабль. В строй он вернулся только в 1944-м. За годы войны «Бодрый» прошел свыше 12 тысяч миль и 13 раз выходил на обстрелы береговых позиций противника.

Виктор Иосифович рассказывает, что в Севастополь из школы юнг прибыло 200 выпускников. Ему повезло, попал в экипаж «Бодрого», где паренька очень тепло приняли, скорее всего, потому, что многие из команды эсминца отслужили на флоте по восемь-девять лет, дома остались дети, по которым матросы сильно скучали. К Островскому моментально приклеилось прозвище Птенчик, еще и потому, что росточком он был невелик – один метр пятьдесят два сантиметра.

- Севастополь к тому времени уже полгода, как был освобожден от немцев, - продолжает ветеран. – Мы в основном занимались патрулированием, наша эскадра бороздила море в районе Одессы, вылавливали нарушителей, заплывавших в наши воды, и сдавали, куда положено. На «Бодром» я встретил день Победы. Вскоре в Констанце (это портовый город в Румынии) мы взяли два трофейных румынских эсминца «Реджина Мария», который назвали по-нашему «Летучий» и «Реджеле Фердинанд», его переименовали в «Лихой» и отбуксировали их в Севастополь. Именно на «Летучем» я и прослужил до октября 1950 года.

Списали парня на берег, и началась мирная жизнь. Работал судоводителем на Азовском море, но своего жилья не было, поэтому через четыре года уехал в Свердловскую область к матери, которая к тому времени освободилась из лагерей и жила в Ивдели. Там приобрел новую специальность механика лесозаготовительных предприятий, заочно окончив Свердловский институт повышения квалификации. Восемь лет трудился Виктор Иосифович в лесной промышленности, а в 1962 году перебрался в Тихорецк. Сначала работал механиком на автобазе, затем, как говорит сам, посчастливилось устроиться в Тихорецкую эксплуатационно-техническую контору связи (ЭТКС),  с 1984 года - Северо-Кавказское производственно-техническое управление связи (ПТУС).

- Стал работать в отделе снабжения, – продолжает рассказывать Виктор Иосифович. – Адаптироваться в новом коллективе начал с того, что досконально проштудировал книгу первого начальника управления Государственной Союзной конторы связи Н.В. Беспалова «Связь в трубопроводном транспорте». Она мне очень помогла. Вообще, первоначально было тяжело, автотранспорта практически не было, поэтому снабженцев как в пословице «кормили ноги». Положение кардинально изменилось, когда за отделом закрепили ЗИЛ-131. Вскоре началось строительство кабельной магистрали Грозный – Тихорецк, уплотненной системами передачи КВ-12. Это было незабываемое время, мы приобретали опыт, росли профессионально, филиал технически очень стремительно развивался. И этот опыт здорово пригодился при строительстве магистрали Куйбышев – Тихорецк. В ту пору я был уже главным механиком, помню, сколько сил и энергии было потрачено на установку, пуск и испытания дизельных генераторов для резервного электропитания. Подрядчики от этой работы категорически отказались, поэтому вместе со специалистами узлов связи мы занимались этими вопросами самостоятельно. Признаюсь, о Северо-Кавказском ПТУС, у меня остались самые теплые и добрые воспоминания. Это сплоченный, умеющий слаженно работать коллектив, грамотно решать поставленные задачи и добиваться намеченной цели.

Виктор Иосифович – человек неугомонный. Не может сидеть без дела, долгое время был председателем Совета ветеранов одного из микрорайонов Тихорецка, возглавлял Совет ветеранов на родном предприятии, охотно общается с подрастающим поколением в местной школе, даже подарил школьному музею медаль Жукова. Также есть у бывшего юнги медали Ушакова, «За оборону советского Заполярья», «За Победу над Германией в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 г.г», орден Отечественной войны второй степени. В мирное время его труд отмечен медалью Ветеран труда. А еще наш герой, несмотря на преклонный возраст, отлично водит белую вазовскую семерку, которую пять лет назад купил по программе «народный автомобиль», сдав старенькую шестерку, на тот момент ей было 27 лет!

- Вот дожил до юбилейной победной весны и очень этому рад, - заливисто смеется 88-летний юнга-ветеран. - С нетерпением жду встречи с майской Москвой. Мечтаю снова увидеть Красную площадь, побывать в Оружейной палате, Алмазном фонде… Слышал, в Останкино после ремонта ресторан «Седьмое небо» открыли. Бывал в «Серебряном зале», теперь хочу попасть в «Золотой»!

© 2003-2018
АО «Связьтранснефть»
8 (495) 950 80 70 stn-info@stn.transneft.ru
Сайт ПАО «Транснефть»
Яндекс.Метрика